Тятя, тятя, наши сети 4

Весьма распространенным пророчеством является распоряжение на то, что следующим шагом на неуклонном устрожении будет отмена интернет-вольностей. Пророчество напрашивающееся. Если распространяться из того, что тенденция к устрожению неумолима (в известных кругах, причем как освободительных, хоть и охранительных, это считается аксиомой), настолько необузданные - тем больше по сравнению с иными сферами - вольности правда никак не могут быть терпимы.

Положим, задворки, на которых разрешено всячески резвиться, - это занятие более того и во макиавеллическом смысле нужное, и все-таки должна же быть какая-то гармония в общем здании. Между тем, с одной стороны, имеем сильно обширные официоз и полуофициоз, деятели которого давнехонько уже не считают нужным беречь хоть какую-то осанку благородства. С прочий стороны, имеем территорию свободы до того невозбранной, что в кабак не ходи - и там этакий срамоты от пьяных не услышишь. И не только срамоты вообще, но и затрагивающей особ самых высокопоставленных. Параллельно идущие и выставленные всем напоказ соревнования по лизанию сапог и соревнования, кто забористее позлословит начальствующего в народе, производят ощущение сильной и даже опасной раскоряченности.

При виде которой даже какое там особой надобности прибегать к сложным построениям в духе политолога С. А. Белковского, уверяющего, что отмена вольностей состоится тотчас потом инаугурации Д. А. Медведева, потому что "Путин не был пользователем интернета, он считал интернет маргинальной средой, которая не имеет влияния на общественное мнение, и недостойной его внимания. Нимало другое дело Медведев. Он - деятельный пользователь интернета, тот, что наш рабочий день начинает с ознакомления с материалами, посвященными ему, в сетевых изданиях". Минимальное знакомство с психологией подсказывает, что интернет-буйство скорее должно было шокировать (соответственно, и подвигнуть к действиям) незакаленного В. В. Путина, нежели все повидавшего Д. А. Медведева.

Чем прибегать к сомнительной психологии, проще ограничиться правдоподобными рассуждениями про раскоряченность, ба одинаково и сообщающиеся сосуды, присовокупив к тому, что стремление схватить интернет под надзор - вообще-то и мировая тенденция.

Каковы действительные желания властителя, мы не знаем, - сердце царя в руце Божией, но ибо все пророчества базируются на приведенных выше правдоподобных рассуждениях, которые любой может произвести, позволительно задаться вопросом, верно ли правдоподобие в данном случае является не только подобием. Метко ли необузданная вольность не только нарушает эстетическую гармонию (положим, что так), но и реально дестабилизирует общее благочиние.

Ибо с не меньшим основанием не возбраняется предположить, что она как раз его стабилизирует. И чем разнузданнее интернет, тем сильнее несмущаемым оказывается то, что находится ради пределами бестелесного маскарада.

Можно приводить примеры как будто того, как в течение трех февральских недель на оппозиционной странице ej.ru собирали подписи под воззванием "Я в фарсе (выборы 2 марта. - М. С.) участвовать не буду" и собрали 5100 подписей (причем некоторые подписанты типа Адольфа Алоисовича Шикльгрубера были вычищены, инак некоторые не были), вслед за тем чего с здоровенный помпой вручили воззвание лично В. Е. Чурову. Вслед за три недели 0,005% имеющих право голоса (притом что вписать свою лепту позволительно из-за две минуты, не сходя с домашнего кресла) - это дестабилизация или скорее наоборот?

Бесспорно, на это постоянно есть тот ответ, что, с одной стороны, весь народонаселение (по крайности, его подавляющее большинство) подспудно бурлит, и не ныне завтра, однако с иной стороны, в делах такого рода арифметика есть профанация, потому что малым квасом все тесто квасится. Супротив той логики, что на самом деле 70% гневно отвергает, а впрочем, не в процентах дело, оттого что вопросительный мотив принципиальный и ценностный, - перечить невозможно.

Впрочем, и не нужно, так как никакой диалектикой не отменишь того, что интернет - такая коммуникационная среда, которая на практике отменила оковы иерархии и практически приравняла к нулю издержки, потребные для того, чтобы изготовить высказывание. Имеются в виду издержки даже не политические (репрессии или хотя бы неприятности), а чисто физические. Раньше - даже в архисвободном обществе - для публичного высказывания нужно было или вылезти из дома в какое-то иное место, или разослать воззвания, или что-то ещё сделать. Помимо физического усилия нужны были еще усилия по поиску аудитории, потому как не станешь вещать в пустое пространство. При этом - снова же еще до всякого интернета - отмечалось, что возмущающее действо воззвания прямо пропорционально вязкости среды. При среде шибко плотной и весьма скованной даже и цельный прорвавшийся рев производит сильное возмущение. В среде разреженной легкость говорения компенсируется минимальным возмущающим действием этого говорения. По-иному говоря, в разреженной среде совокупное предложение слов столь велико, что действенность слова до крайности девальвируется. Но интернет в этом смысле - подлинно революционное изобретение. При нем сопротивление среды доведено до практического нуля, а выполнение слов не ограничено ни иерархией, ни издержками. С надлежащими последствиями для стоимости этих слов. Желающие могут пофантазировать над тем, как выглядело бы открытое послание Э. Золя "J'accuse" не в газете 1898 г., а в интернете 2008 г. и какие последствия оно произвело бы.

Благодаря нулевому сопротивлению среды - сбылась греза о ничем не стесняемой свободе слова - интернет сам идеально залечивает наносимые им раны. Ибо он, во-первых , громадный уравнитель, во-вторых , крупный девалоризатор и, в-третьих , колоссальный обманщик. Он сохраняет иллюзию действенности слова, заставляя поддавшихся иллюзии надсаживаться все сильнее, почему словечко еще побольше девальвируется - и что-то около по кругу. Неизвестно, какой он коллективный агитатор и коллективный пропагандист, но что он коллективный дезорганизатор - это несомненно. Подобным образом что возможен и другой воззрение на Интернет: "Благословлять мы должны наши сети, которые одни своим неистовым лаем еще охраняют нас от ярости народной".

Keywords: