Парламентарии супротив размытости законов

21 января во Госдуму поступил законопроект, позволяющий ужесточать наказания по уже вступившим на силу приговорам. Документом, разработанным российским правительством, в Уголовно-процессуальный кодекс Россия вносятся поправки, изменяющие трактовку ст. 405 УПК, которая запрещает пересмотр обвинительного вердикта в сторону его ужесточения. Кстати, международное право, участником которого является и Россия, ещё запрещает пересмотр приговоров по уголовным делам в сторону, ухудшающую положение осужденного. Тем не менее, в соответствии с законопроектом, в двух случаях, ба именно, если судебные решения или вердикты были вынесены "незаконным составом суда или коллегии присяжных" или в ходе процесса была нарушена "состязательность и равноправие" его участников пересмотр в сторону ужесточения наказаний может быть произведен.
Напомним, ещё в мае 2005 года Конституционный суд признал неконституционной существующую норму ст. 405 УПК, потому что она не позволяла исправить в порядке надзора допущенные в ходе суда фундаментальные нарушения.
Между тем, юристы и адвокаты отрицательно восприняли явление данного законопроекта. По их мнению, обновленная ст. 405 УПК открывает здоровущий простор для злоупотреблений, бесцельно как категории "незаконный состав суда или коллегии присяжных", "нарушение принципа состязательности и равноправия" излишне размыты, вследствие этого трактовать их разрешено по-разному.
Как вы можете прокомментировать тот самый законопроект, и сколь опасения экспертов оправданы? С такими вопросами корреспондент Regions.ru/"Новости Федерации" обратился к представителям верхней и нижней палат парламента.
Парламентарии оценили законопроект неоднозначно. Одни поддержали экспертов, указав на его неконкретность, другие же посчитали размытость формулировок полностью преодолимым моментом. Оттого что протокол только будет рассматриваться в первом чтении, оттого пора для согласований есть, подчеркивают сторонники законопроекта.

Так, председатель Комитета Совета Федерации по правовым и судебным вопросам, агент в СФ от администрации Липецкой области Анатолий Лысков выразил изумление "ажиотажной реакцией" на правительственный вариант законопроекта и рассказал предысторию появления документа.
По словам парламентария, в феврале 2007 года его комитет подготовил новую редакцию ст. 405 УПК в реакция на признание ее Конституционным судом неконституционной еще в 2005 году. "В течение двух лет Генпрокуроры Устинов, однако следом Чайка в своих докладах отмечали, что законодатели до сих пор не приняли подобающий с решением КС закон", - сказал Лысков. Помимо того, продолжил он, в соответствии со ст.80 закона о КС, руководство обязано вносить новую редакцию законодательных актов, признанных КС неконституционными. "Однако в течение двух лет правительство молчало", - добавил председатель комитета.
Сенатор опять же сообщил, что вариант Совета Федерации был поддержан главными в этом случае экспертами - Генпрокуратурой и Верховным судом. "У нас значится семь оснований, по которым обвинительный вердикт может быть ужесточен, в частности, ломание правил тайны совещания, недопустимые доказательства и существенное нарушение прав потерпевшего. Пять для нашего комитета являются бесспорными, инак от двух мы готовы отказаться, как раз от тех, на которые нам было указано экспертами". "Но в прошлом году Госдума по неизвестным причинам безрезультатно и не включила свой законопроект в календарь рассмотрений, зато появившаяся правительственная версия законопроекта наделала непочатый край шума и живо рекламируется", - подчеркнул парламентарий. В результате, заметил Лысков, "оба варианта этого законопроекта в настоящее время будут рассматриваться как альтернативные, хотя логичнее анализировать цельный согласованный вариант".
Председатель профильного комитета убежден, что документ верхней палаты "конкретнее и точнее отражает потребности общества в этом законе и никакой размытости формулировок в нем нет". "В последнее час мы уж очень увлеклись защитой прав обвиняемых и подсудимых, а о потерпевших никто не думает. Мы же законодательно выравниваем преступников и жертв преступников", - подчеркнул сенатор.
Больше того, указал парламентарий, "наш закон носит и антикоррупционный характер, поскольку, если какой-то нерадивый арбитр пойдет на сделку с совестью и следовать определенную мзду вынесет весьма мягонький приговор в отношении обвиняемого, то потерпевшая край сможет его заключение поколебать, возродить свои права, а мзду этот судья должен будет вернуть".
Председатель комитета выразил несогласие с мнением адвоката по уголовным делам Андреем Андрусенко, утверждающего, что вариант поправок, предложенный правительством, оставляет меньше простора для злоупотребления, чем вариант сенаторов. "Если поверенный защищает потерпевшего, если в основе лежит броня прав потерпевшего, а не подсудимого, то никаких злоупотреблений при нашем варианте законопроекта допущено быть не может", - убежден Анатолий Лысков.

В свою очередность председатель Комитета Совета Федерации по конституционному законодательству, представитель в СФ от администрации Эвенкийского автономного округа Юрий Шарандин, отметив, что законопроект ему комментировать сложно, оттого что он его не видел, указал между тем на некоторую расплывчатость отдельных его формулировок.
"Во-первых, непонятно, что значит "незаконный состав суда". Для одних состав суда может быть законным, а для других нет. Потому в законопроекте должно быть толково прописано, какой состав суда является законным, а какой нет", - подчеркнул сенатор.
Кроме того, продолжил парламентарий, "понятие "состязательность" не может вводиться до тех пор, покуда на судебных процессах не будет обеспечено стенографирования или аудиозаписи заседаний". "Только на их основе, на основе дословной передачи процесса, а не на основе размытых судебных протоколов, разрешается толковать о состязательности сторон, которая, в свою очередь, на 100% зависит от того, как ведет совещание судья", - заключил Юрий Шарандин.

Точку зрения ряда юристов, критикующих правительственный вариант законопроекта в отсутствии конкретики, поддерживает и заместитель председателя Комитета Госдумы по конституционному законодательству и государственному строительству Виктор Илюхин, бывший в родное период членом Коллегии прокуратуры СССР. "Если авторы документа говорят о незаконном составе суда и нарушении состязательности, то при чем тут осужденный или оправданный?", - недоумевает депутат. "Исходя из данного законопроекта, получается, что в настоящий момент все будет ставиться в вину осужденным, в то момент как контролировать или в крайнем случае наказывать нужно тех, кто утверждает состав суда для исключения его незаконности", - отметил парламентарий.
Кроме того, подчеркнул Илюхин, в соответствии с сегодняшним законодательством, в течение года приговор суда позволительно обжаловать и в сторону усиления наказания. Вообще, с грустью отметил зампред комитета, "в нашей стране в последнее миг увлеклись карательной практикой, забывают, что на скамье подсудимых человек. Следственные изоляторы переполнены до уровня 1997 года. Создается такое впечатление, что или профессионалов не осталось, или все стали до эдакий степени черствыми", - заключил Виктор Илюхин.

А вот народный избранник Госдумы третьего созыва, глава регионального общественного движения "Гражданское общество" Курской области, защитник Московской коллегии адвокатов "Александр Добровинский и партнеры" Александр Федулов придерживается противоположной точки зрения.
"Закон, позволяющий ужесточать наказания по уже вступившим в силу приговорам, нужен", - заявил он. При этом Федулов назвал опасения отдельных юристов сравнительно размытости документа напрасными, потому как в ходе работы над ним все спорные и неконкретным моменты могут быть устранены.
Защитник констатировал, что "к сожалению, у нас принято ограждать только обвиняемых, а о потерпевших почему-то все забывают". Между тем, уверен он, "состязательность между сторонами должна быть и после этого вынесения приговора".
Более того, подчеркнул глава движения, "если уже следом вынесения вердикта всплывают некие неоспоримые факты, исходя из которых становится ясно, что возмездие оказалось мягким, то приговор должен быть пересмотрен и вынесен небывалый более того не более жесткий, а легко справедливый". Поэтому, на точка зрения Александра Федулова, "по существу таковой закон необходим, а насчет неточностей в принятом к рассмотрению Госдумой законопроекте волноваться не следует, к третьему чтению все будет откорректировано".

Keywords: