Все при Дели 1

Роль почетных гостей на крупнейшей азиатской книжной ярмарке обогатила русских писателей туристическими впечатлениями, ба чиновникам позволила определить первую галочку на графике года России во Индии. Если все последующие галочки будут ставиться подобным же образом, Россия, вероятно, таково и останется для индусов далекой снежной загадкой

- Гив ми доллар, гив ми доллар!

Смуглый мальчуган с глазами-оливками настойчиво теребит пергидрольную тетушку, члена почетной российской делегации на Международной книжной ярмарке в Нью-Дели.

- Ох, какой худенький! - смущенно отстраняется тетушка.

- Гив ми, гив ми, гив ми, гив ми! - к членам делегации подлетает целая стайка босоногих индусят.

- Где свойский автобус? Где свой павильон? Нас кто-нибудь посчитал? - еле слышно паникуют члены делегации.

Вообще-то на территорию крупнейшей в Азии (и одной из самых крупных в мире: каждый день в этом месте бывает немного миллионов посетителей) Делийской книжной ярмарки охранники стараются нищих не пропускать, предоставляя им отираться у центрального входа - посреди уличных торговцев и их вездесущих тележек, груженных кастрюлями с горячей индийской едой (которую, как известно, членам делегации запрещено есть), бутылками с студеный индийской водой (которую, как известно, не разрешено пить) и подносами со свежими овощами и фруктами, о которых и помыс­­лить-то страшно.

- ...Какие они тут все худенькие! Ну нет у меня доллара, ноу доллар... И прививки я себе никакие не сделала... от тропических этих... - тетушка смахивает с себя цепкие детские руки и ускоряет шаг; она прямо ностальгирует по книжной ярмарке во Франкфурте - таковый тихой, таковой немецкой, нимало не тропической и совершенно без этих...

Дети неохотно отстают, но на их месте тут же материализуется продавец надувных глобусов, после этого продавец орехов, потом продавец какой-то весьма здоровущий и предположительно сильно красивой книги, густо завернутой в полиэтилен ("Мистер, мистер, ит из вот ю нид!"), после - полуголый продавец гигантской карты Индии, которого теснит парадно облаченный индус с пачкой флаерсов; в переводе с английского контент на них эдак следующий: "Купите эту книгу для счастливой жизни, она базируется на вечном и божественном знании о йоге, ведах и боге..." Самой книги, что характерно, нигде не как можно заключить - или это была та, что в поли­этилене?..

- Мэм, экскурсия по Старому Дели, экскурсия по Новому Дели, экскурсия в Тадж-Махал , у меня все есть!..

- Сэр, мэм, вам нужен кэб? Крайне отличный кэб, шибко свежий кэб, очень вместительный кэб...

А вот и наш павильон. Нет, нам не нужен очень вместительный кэб.

Пляшут литературные и прочие персонажи не от избытка веселья, инак по долгу службы: они создают позитивный образ России

"...Почему я радостный такой? А я играю на гармошке! У прохожих! На виду!" - звуки близкий песни нежданно врываются в запыленный азиатский полдень. При входе в российский павильон под магнитофонную запись развесёло отплясывают трое ряженых: Карандаш, Медведь и Скоморох. Кучка индийских школьников не без интереса отслеживает вслед за выступающими.

"...Только раз в га-а-аду!.."

Собственно, пляшут Медведь с Карандашом не от избытка веселья, а по долгу службы: они создают позитивный образ России. Ибо Рф в этом году - почетный гость Делийской книжной ярмарки. Помимо того, 2008−й официально объявлен годом России в Индии. Значит что ответственность на Карандаше, Медведе и Скоморохе лежит, если вдуматься, огромная.

И приблизительно такая же - на Федеральном агентстве по печати и массовым коммуникациям (Роспечать), которое выступило инициатором и "сценаристом" русского литературного присутствия на ярмарке в Дели со 2 по 10 февраля этого года.

Сама затея, надобно сказать, достойная: всякой великой, ну или хотя бы крупной державе должно радеть о культурной экспансии в другие края и пределы. Тем больше если края эти - Индия, плотно населенная миллиардом обитателей (то есть одной шестой населения всей Земли), публикующая книги более чем на 30 языках и являющаяся третьим в мире - позже США и Британии - издателем книг на анг­лийском.

Планы у Роспечати были без малого наполеоновские. В официальных сообщениях, запущенных в информагентства незадолго до открытия ярмарки, говорилось: "Россию на 18−й Международной книжной ярмарке в Нью-Дели будут представлять примерно 200 писателей, издателей, переводчиков и литературных критиков из России. Эта ярмарка позволит определить прямые контакты между книгоиздателями, будет содействовать изданию переводов новых книг российских писателей, - заявил Владимир Григорьев, советник руководителя Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям. - В павильоне на площади рядом 800 кв. м будут развернуты стенды с продукцией более полусотни российских издательств... Будут размещены плазменные экраны для показа роликов. Рядом заработает интернет-кафе на десяток мест... Российская экспозиция готовится как первое масштабное событие в обширной программе года России в Индии, - подчеркнул Григорьев. - Она будет способствовать пробуждению в Индии интереса к современной российской литературе".

Таким образом, целей у российского гостевания на Делийской книжной ярмарке вырисовывалось две:

- коммерческая, то есть перевод и издание в Индии российских авторов (это занятие приехавших с делегацией издателей и литературных агентов);

- представительски-просветительская , то есть создание позитивного имиджа современной России, год которой торжествуют индусы, и популяризация русской культуры в индийском обществе, то самое "пробуждение интереса" (это дело приехавших с делегацией писателей, литературных критиков, переводчиков, а в свой черед Карандаша, Медведя и плазменных экранов).

Рассмотрим оба пункта.

Коммерция

У стенда издательства "Голос-Пресс" сидит пожилая леди в большущий плетеной шляпе. Даму атакуют любознательные индусы:

- Кто делал иллюстрации к этой книге?

- Йес.

- Не могли бы вы окрестить имя художника, мэм?

- Йес, йес.

- Вы не говорите по-английски ? Где-нибудь есть переводчик?

- Йес! - взволнованно кивает дама и затравленно смотрит на меня из-под шляпы. - Может, вы им переведете? А то я не понимаю по-ихнему... Скажите, что иллюстрации делал мой муж, мой покойный муж, он уже двадцать лет как умер...

- О, как интересно! - радуются индусы добытой с боем информации. - А чем вообще занимается ваше издательство? На чем специализируется?

- Йес, - говорит дама, которая, кажется, вот-вот расплачется. - Йес.

Помнится, у Леонида Филатова что-то похожее было: "Вызывает антирес / Ваш технический прогресс: / Как у вас там сеют брюкву / С кожурою али без?.. Посол: Йес!"

Пожилую даму от души жаль. При всем при том же вызывает заинтересованность сам издатель "Голос-Пресс" : вот как ему пришло в голову совершить не говорящую по-английски даму "послом" в Индии?

Впрочем, не будем излишне придирчивы: он-то хотя бы ее прислал. Что же до остальных... Парадокс почетного гостевания России на Делийской книжной ярмарке заключался в том, что ни в русском павильоне, ни в каком бы то ни было другом не было представлено на практике ни одного российского издательства. Изъятие составляли вышеозначенное "Голос-Пресс" (специализирующееся, кажется, на книгах о Москве и Зурабе Церетели), "Белый город" (живопись, искусство, православие) и издательство Tatmedia (на стенде был представлен достаточно просторный ассортимент литературы по истории и языку Татарстана плюс костюмированный татарин, непрерывно игравший на флейте). Остальные стенды были украшены табличками "Издательские программы правительства Москвы", или "Детская литература", или "Молодые писатели России". Последние пользовались большим вниманием посетителей, и если под "продукцией более полусотни российских издательств" разрешается знать толк беспорядочно сваленные книги молодых русских авторов, то - да, издательства были жутко обширно представлены.

- Интерес к юный русской прозе как снег на голову большой! - удивляется Ирина Ковалева, босс программы "Молодые писатели России" и "хозяйка" одноименного стенда. - Более того агенты к нам приходили! Насчет покупки прав интересовались. Только вот... они все просят саммари книг на английском языке. Или переводы отрывков... А откель они у нас?

Действительно, откуда они у нас? Кто мог знать? Кто мог предвидеть? Приезжаешь следовать тридевять земель, в Индию, сказочную страну, на ярмарку - а тут на тебе, агенты какие-то шныряют, саммари английское просят, по-русски уяснять текст не хотят...

- ...А ещё студенты очень полно подходят - книжки хотят купить. "Почем?" - спрашивают.

- Ну и почем?

- А как же нет, что вы, книжки со стенда не продаются! У меня все по одному экземпляру, берегу как зеницу ока. Это же мы таким родом привезли - явить просто...

...Так где же все-таки частные издатели и агенты? По завершении работы ярмарки корреспондент "РР" обратился с этим вопросом к тем, кого не увидел в Дели.

Так что там у нас с "контактами между индийскими и российскими издательствами"? Возможны ли они вообще?

Было бы, вероятно, ошибкой относиться с недоверием к мнению крайне компетентных в области книгоиздания людей. А соображение их, как явствует из нашего "опроса", сводится к тому, что людям коммерциала на книжной ярмарке в Дели работать решительно нечего. Лично меня негусто смущает тот факт, что, скажем, французские, немецкие и американские издатели находят тут для себя какие-то дела, - и все-таки же я к книжному коммерциалу отношения не имею, таким образом что постараюсь довериться понимающим людям. И все же: даже если мы исходим из полной коммерческой бесперспективности индивидуальных, частных визитов особняком взятых издателей и литагентов на ярмарку - в самом деле ли полезно с коммерческой точки зрения такое государственное начинание, как отправка здоровенный русской делегации прямым рейсом "Аэрофлота", плюс транспортировка книг, плюс пяти­звездочный гостиница для всех участников, плюс аренда большого павильона?.. И все с целью того, чтобы "просто показать" русские книжки. И не было бы хоть сколько-нибудь полезнее с коммерческой точки зрения подключить в официальную делегацию пару издателей или хотя бы одного литагента (вместо, например, пары-тройки во всем никому не известных русских поэтов): возможно, не будучи озабоченными окупаемостью своей поездки, они зато озаботились бы краткими саммари книг на английском языке?

Имидж и пропаганда

Помимо Карандаша, Медведя, Скомороха и их магнитофона, в чьем репертуаре кроме "Я играю на гармошке" имелась еще композиция "На танцующих утят быть похожими хотят, быть похожими хотят кря-кря-кря-кря" , на имидж России как и работали обещанные господином Григорьевым плазменные экраны. Они транслировали виды Кремля и некоторых других архитектурных достопримечательностей нашей Родины, золотые купола, гусли, бубны и женщин в кокошниках. Кроме того, демонстрировались суровые, но улыбающиеся лица представителей малых народов РФ: жидкокристаллические буряты, удмурты и коми с утра до вечера поражали перед посетителями книжной ярмарки свежепойманными рыбинами или еще чем-нибудь не менее символичным. Имелись в павильоне и компьютеры - индийские школьники с искренним интересом играли в бирюлины(компьютерный жаргон) "Собери из кусков картинку" (предлагалась, сызнова же, некая архитектурная достопримечательность), "Укажи десять отличий" (на мониторе красовалась картина Васнецова - от чего ее следовало отличить, я подметить не успела: школьник ревниво загородил экран) и без затей в шахматы.

Самые же интересные экспонаты российского павильона повальный посетитель, к сожалению, заметить не мог. В узком коридорчике, перед входом в картонную выгородку российского "офиса", где чаевничали русские писатели и литературные критики, выстроилась шеренга невесть откуда взявшихся обнаженных манекенов женского пола с скрупулезно проработанными бюстами и ягодицами. По свидетельствам организаторов российской экспозиции, изначально манекены стояли одетыми в национальные костюмы - однако же похотливые азиатские злоумышленники костюмы унесли, предоставив русским писателям и критикам любоваться неприкрытой красой женского тела...

Что же до самих писателей и критиков - двести не двести, но какое-то число целиком уважаемых литературных деятелей в Индию поистине приехали. Из критиков были Александр Гаврилов (главный редактор "Книжного обозрения"), Александр Архангельский (автор и ведущий программы "Тем временем"), Сергей Чупринин (главный редактор журнала "Знамя"). Писательский комплект отличался некоторой прихотливостью - так, наравне со совершенно статусными литераторами навроде Александра Кабакова, Михаила Веллера, Юрия Полякова, Сергея Лукьяненко или Эдуарда Успенского Россию представляли и никому не известные знаменитые поэты (Игорь Тюленев, Виктор Смирнов, Максим Замшев - слышал о них кто-нибудь?) - но в целом смотрелся достойно. Были открыто организованы круглые столы, творческие встречи и даже визиты писателей в местные вузы...

И все же - обычный межкультурный контакт ориентировочно и не состоялся. На круглых столах присутствовали, как правило, два с половиной индуса - плюс небольшая русская группа поддержки. То есть знаменитые русские писатели заинтересовали гостей ярмарки куда меньше, чем плазменные экраны с куполами и кокошниками. То ли обсуждавшиеся вопросы не сверх меры волновали местное народонаселение (хотя, казалось бы, темы были широки и всеобъемлющи, как космос: "Влияние глобализации на национальную культуру и литературу", "Детектив в зеркале времени" и проч.), то ли еще что. С вопросом "Что не так?" я обратилась к мистеру Бинни Куриану, помощнику директора Делийской книжной ярмарки и редактору издательства National Book Trust, India.

- Все хорошо, все в порядке, - заверил меня м-р Бинни. - Очень величавый павильон, национальная музыка, индийским посетителям нравится, да... Неужто что... Видите ли, мои коллеги очень удивляются, что русские не предоставляют никаких переводов. По-моему , российскому правительству или издателям стоило бы озаботиться английскими переводами хотя бы фрагментов тех книг, которые они сюда привезли, раз уж они решили продвигать русскую литературу в Индии. С тех пор как распался Совдеповский Союз, мы абсолютно не в курсе литературных процессов в России. В Индии нельзя достать русские книги в переводах. И вот приезжает долгожданная русская делегация - и привозит книги на русском!.. Я понимаю: это все, вероятно, очень достойные писатели - те, которые к нам приехали, - но мы здесь ждали новых голосов, которые говорили бы о новой, современной России... Какие есть молодые писатели? Где они? Как они пишут? Видите ли, у нас есть интернет, мы можем посмотреть, как выглядят русские танцы и как красивы русские города... А вот что собой представляет юная русская проза, мы в таком духе и не поняли. А потому что эта ярмарка - такая прекрасная возможность!

Новые голоса

Собственно, одного молодого российского писателя на ярмарку все же привезли. После все "новые голоса" вкупе взятые отдувался один-единственный Захар Прилепин, творец романов "Патологии" (про войну в Чечне) и "Санькя" (современная версия горьковской "Матери"), нацбол-лимоновец , принимающий участие попеременно то в "маршах несогласных", то во встречах молодых, снова же, писателей с президентом Путиным и господином Сурковым.

...Мы с Захаром едем в такси по Старому Дели. Велосипедисты, велорикши, моторикши, несложно рикши, пешеходы, автобусы, старые раздолбанные таратайки и новые дорогие машина перемещаются в клубах дорожной пыли наперекор всем правилам дорожного движения и логики, во всех направлениях одновременно, дико и непрестанно сигналя. Наш шофер сигналит тоже. У него на голове тюрбан, на обеих руках металлические браслеты, а ради поясом меч. Он сикх.

- Очень тяжелая существование у этих людей, мэм, - сикх указывает рукой вслед окно: там вдоль дороги тянется весь палаточный град нищих. - Ни еды, ни денег, ни работы, только наркотики, мэм...

Прилепин участливо изучает окрестности, следом оборачивается ко мне:

- Я по-английски не говорю... А ты спроси его: у них тут народные волнения бывают?

- Да, да, очень тяжелая жизнь, - как-то по-чеховски отвечает на прилепинский вопросительный мотив сикх. - И у нас, сикхов, также тяжелая жизнь. Ни мяса, ни алкоголя, ни наркотиков - ничего. Я ношу меч, мэм. Мне ни при каких обстоятельствах воспрещено врать. Тяжелая жизнь, мэм...

- У них тут на Угрожающий похоже, - говорит Прилепин. - Как в 96−м году. Невпроворот пыли, разваленных зданий, нищих людей - и серое все.

- То есть тебе в Индии не нравится?

- Непонятная какая-то страна. Люди какие-то странные: словно бы нищие, но не курят, не бухают, все из себя такие деловитые, спешат куда-то... Вот куда они едут - всем своим миллиардным народом - на этих своих мопедах?.. А все эти груды паленых товаров, которые они все куда-то везут и которые у них никто ни в жизнь не берет... Бессмыслица какая-то : куда едут? К чему везут? Я вот вчера шесть часов ехал по Индии и ни разу не видел, чтобы кто-нибудь у кого-нибудь покупал эту х...ню! Непонятная страна...

- Ну а книжная ярмарка тебе как?

- Йес как-то... Вот в эти дни был круглый стол. Там очень уважаемые писатели рассуждали о вещах, которые мне идеально безразличны. Глобализация... Советский-постсовет­ский... Меня эти оппозиции не волнуют.

- А что тебя волнует?

- Меня тревожит надобность смены власти в России. Чтобы российская география могла заполняться новыми живыми людьми. Потому что что в текущее время Российская федерация - страна, которая исчезает с географических пространств как национальная субстанция. Меня беспокоит необходимость минимальной социальной заботы власти о населении во-первых и появления вестимо сформулированной идеологии во-вторых. В текущий момент никакой сплачивающей идеологии не существует. Сплачиваться кругом стабильности и суверенной демократии не может ни единственный здравый человек...

- А кто должен сформулировать эту идеологию?

- Власть, конечно. Верх в России должна быть подобна поэту: она должна только еле-еле==немного раньше сформулировать то, чего ожидает народ. А в нынешней России политическая элита поэту не подобна: она подобна ростовщику, клоуну, зоопарку... Люди во власти транслируют мысли, которых они не думают, людям, которых они не уважают. Они не несут ответственности. Политолог Белковский выложил прекрасную мысль: как бы мы ни относились к Фиделю Кастро, Лукашенко и прочим лидерам подобного толка, эти люди не могут представить свою бытие из-за пределами своего государства, в силу того что что, если они уедут из страны, их сразу повесят за яйца. А наши лидеры очевидно мыслят свою будущую жизнь в некой "большой восьмерке" бывших мировых лидеров, которые отдыхают на неком Золотом берегу Золотого моря. И все их действия продиктованы этим ощущением: вот они сегодня маленько поработают, а позже поедут отдыхать!

- Захар, объясни мне, пожалуйста, одну вещь. Как получилось, что ты, с такими твоими взглядами, являешься здесь членом официальной российской делегации? Хорошо еще и единственным, яко сказать, носителем младой российской прозы?!

- Я все это воспринимаю как некую абсурдную случайность - начиная со встреч с Сурковым и Путиным и заканчивая моим посещением самых разных стран... Мне вообще-то совершать здесь нечего, тем более что все это освящено визитами послов, кроме того, это же вообще деяние Роспечати, кажется... Я все жду, что они опомнятся и перестанут меня на такие мероприятия звать, - но они с каким-то мазохистским упрямством продолжают это делать... Впрочем, повредить я тут все одинаково никому не могу. Я же не владею английским - а то призвал бы индусов к важный революции!..

- ...Очень тяжелая жизнь... - продолжает свойский культпросвет сикх. - Я не могу причинить вреда никакому живому существу...

- А если вас будет кусать комар, вы его не убьете? - идиотично интересуюсь я.

- Нет, мэм, я не убью комара. Комар тоже должен покушать... Хотите, я дам вам брошюру про сикхизм, совсем бесплатно?

...Очередной день ярмарки подходит к концу. В одним духом густеющих южных сумерках женщины в цветастых сари метут огромными метлами дорожки промеж павильонов. Поздние посетители обходят их за версту: то ли боятся пыли, то ли уборщицы и вправду из касты неприкасаемых, как утверждает литкритик Гаврилов, знаток и охотник Индии... Русские писатели бредут мимо неприкасаемых к автобусу, сарай везет их в гостиницу; писатели вяло

обсуждают, ехать им или не ехать завтра с утра в Тадж-Махал... Напросившись в номер к писателю Веллеру, ко­торый, как известно, знает все о жизни (не бессмысленно оттого что он

написал книгу с таким названием), я задаю ему сокровенный вопрос:

- Михаил Иосифович, вот вы скажите: есть ли в приезде русской делегации на ярмарку в Дели какой-нибудь смысл?

- Вы не поверите, но некоторое миг вспять мы с писателем и профессором литературы Алексеем Варламовым рассуждали на эту самую тему. И пришли к выводу, что в качестве поощрения отдельных писателей, направляемых за государственный кошт в Индию, толк - да, есть. В качестве расширения кругозора этих туповатых, малообразованных писателей - тоже да. В качестве удовлетворения любопытства необыкновенно узкого сектора индийских любителей русской литературы - тоже, пожалуй, да. Но в общем и целом - ценой этакий огромной организационной работы, ценой таких материальных затрат - мне представляется, что на выходе КПД получается низкий. То есть по большому счету смысл прозревается с трудом.

...Рано утром, еще затемно, писатели встречаются у автобуса и отправляются в Тадж-Махал. Ехать шесть часов, зато представление стоит того. А может, и бог с ним, с большим смыслом русского участия в книжной ярмарке в Дели? Малые смыслы, обозначенные писателем Веллером, тоже чего-то да что ты стоят. Потому как даже в брошюрке "Что такое сикхизм", писанной смешным русским языком, в главе "Ярмарки, фестивали и праздники" есть эдакий пункт: "Денъ принятия Святого Гранта как Духовного руководителя".

Фото: ИМА Пресс

Keywords: