Миллион для профи

Украинские издатели давнехонько работают по правилам современного рынка. Отечественные писатели ещё должны этому научиться

Фото: Александр Кадников

Состоявшаяся на прошлой неделе пресс-конференция украинского писателя Юрия Андруховича по поводу выхода его новой книги "Та мниця" собрала на столичном Украинском доме возле полторы сотни журналистов. Генеральный шеф выпустившего книжку харьковского издательства "Фолио" Александр Красовицкий сказал, что в первый раз видит, чтобы на такого рода мероприятия пришло столь народу, - и был прав. Пафосность ситуации подчеркнуло еще и то обстоятельство, что вслед всю полуторачасовую пресс-конференцию никто из журналистской братии не задал ни одного непочтительного или острого вопроса. Во последовавших этим же вечером сюжетах по ТВ девочки-тележурналистки говорили о "искренних, полных глубокой духовности, глазах" писателя и серьге в его ухе. Свершилось: Юрию Андруховичу первому из украинских литераторов удалось сделаться в глазах общественности не только национальным литературным брендом 1, но и поп-звездой. На подходе к этому званию - еще немного отечественных писателей, собирающих на своих презентациях изрядное численность почитателей.

Остается только спросить: зачем при таковой популярности украинских литераторов суммарные продажи их книг составляют до того малую количество общей выручки отечественных книжных магазинов, что эту цифру без затей неловко называть? И это при том, что отечественные издатели этих книг выкладываются на полную катушку, организуя для своих авторов промо-туры и театрализованные презентации.

Магия реализма

Чтобы отозваться на тот самый вопрос, "Эксперт" попросил киевских книготорговцев поведать о том, какие книги пользуются ныне спросом у покупателей. Оказалось, что в среднем выручка грубо поровну делится между пятью группами книг - детская литература (в некоторых магазинах она продается более того лучше остальных книг), фантастика и фэнтези, отечественная и западная художественная проза, детективы и биографии, женские романы и женские детективы.

До сих пор стабильным спросом пользуется классика. Михаил Булгаков, Федор Достоевский, Николай Гоголь, Лев Толстой, по словам книготорговцев, продаются всю дорогу и в любых изданиях. Из зарубежных классиков наиболее популярны Вильям Шекспир, Шарлотта Бронте, Джейн Остин, Бернард Шоу и... Теодор Драйзер. При всем при том спрос на этих авторов ниже, чем на современную прозу, потому что их книги уже есть в семейных библиотеках большинства покупателей.

Зарубежная современная классика, если судить по спросу, это некогда всего представители безрезультатно называемого магического реализма - латиноамериканцы Хулио Кортасар, Хорхе Луис Борхес, Габриэль Гарсиа Маркес. Помимо того, рассказывает правитель книжного супермаркета "Орфей" Руслан Сахнюк, посреди литераторов прошлого века наиболее почитаемы Кен Кизи, Джером Девид Селинджер, Герман Гессе, Уильям Голдинг. Остальными интересуются меньше.

Наиболее востребованные среди покупателей современные представители жанра магического реализма - Джонатан Кэрролл, Марк Леви и Паскаль Брюкнер. Стабильно добро расходятся романы Фредерика Бегбедера, Умберто Эко, Милорада Павича, Милана Кундеры. Еле-еле==немного хуже - произведения лауреата нобелевской премии по литературе португальца Жозе Сарамаго. Кстати, лауреатство дает свои плоды: книги обладателей нобелевской и букеровской премий покупают неплохо. Забавно, что читательницы-интеллектуалки отдают предпочтение при этом как раз женщин - Эльфриду Еллинек, Анну Гавальду.

Однако первое местоположение по популярности среди женщин-писательниц занимают не лауреатки нобелевской премии, ба российские авторы детективов Дарья Донцова, Александра Маринина и Татьяна Устинова. Их книги покупают и мужчины. В жанре женского романа годами лидируют Даниэла Стил, Джудит Мартин, Джоанна Линдсей. Приобретают эти книги в основном домохозяйки, однако ещё женщины пенсионного возраста. Руслан Сахнюк говорит, что он ни разу не видел среди покупателей таковый литературы бизнес-вумен.

Доля книг украинских писателей в общей выручке книжных магазинов в то время как крайне незначительна

Фото: Александр Зубко

Как и следовало ожидать, узнаваемость бренда - одно из главных условий успешной продажи книги. Самый-самый специфический образец - обычный вождь списков бестселлеров Паоло Коэльо, романы которого шибко неплохо продаются еще с конца 90−х годов. В то же момент высокая лояльность аудитории к автору не является стопроцентной гарантией успеха. Так, в последнее период стали хуже, чем раньше, продаваться книги Харуки Мураками. Книготорговцы связывают это с тем, что японский писатель, по мнению некоторых его почитателей, "исписался".

Еще единственный солидный момент успеха книги - ее экранизация на кино или телеэкранах. Продажи в таком случае возрастают на порядок. Следом выхода фильма "Код безусловно Винчи" недурственно продается не только роман Дэна Брауна, но и еще несколько серий подобного рода литературы. Благодаря "Коду и,также Винчи" стал больше популярным жанр исторического детектива, среди лидеров продаж которого книготорговцы фиксируют испанского писателя Артуро Переса-Реверте. Большим спросом пользуются книги современных авторов, которые вплетают в криминальную канву элементы мистики и фантастики. Наиболее востребованы среди них Джорджо Аффолетти, Бриджит Абер, Хулио Наварро, Дэвид Рисс.

Если вещать о чистой фантастике, то в этом месте лучше всего продаются классики жанра - Гарри Гаррисон, Айзек Азимов, Рэй Бредбери, Роберт Шекли, Роджер Желязны, Клиффорд Саймак. В последнее миг сильно популярным стал манера русского фэнтези. В первую очередность - "Волкодав" Марии Семеновой. Фантастику и фэнтези покупают больше представители сильного пола, причем начиная уже лет с 12-13. Детей к этому чтению пристрастил, бесспорно, "Гарри Поттер" Джоан Роулинг. Сегодня они проявляют увеличенный заинтересованность к "Артуру" Люка Бессона (во многом благодаря одноименному полнометражному мультфильму). В ряду зарубежных авторов, поднявшихся на гребне успеха подросткового фэнтези, опять россияне в лице Дмитрия Емеца.

Если произносить о чистой прозе, то самым продаваемым ее представителем в сегменте российской книги остается Виктор Пелевин. После ним в хитах продаж идут Макс Фрай, Михаил Веллер, Дмитрий Липскеров, Сергей Минаев.

А что же украинская литература? "Больная тема", - отвечают книготорговцы. Больная, вследствие того что что список что надо продаваемых авторов тут очень короток. В первом ряду - Юрий Андрухович, Любко Дереш, Сергей Жадан, Оксана Забужко, Лесь Подеревянский. Инак также, как и следовало ожидать, несколько женщин (у нас, и в мире вообще, книги больше покупают женщины) - любимица девочек-подростков Ирэна Карпа, Ирен Роздобудько, Лариса Денисенко. Нам назвали еще несколько имен, но мы остановимся только на этих, дабы никого - если книготорговцы ненароком кого-либо не упомянули - не обидеть. Но занятие здесь не в конкретике, а в том, что этакий список у любого продавца очень скоро заканчивается.

При этом отечественные авторы проходят у всех книготорговцев без малого по общему разряду - "украинская литература". Среди наиболее продаваемых книг тех или иных популярных жанров наших писателей нет. Это тем более обидно, что в большинстве европейских стран лидируют и составляют большинство аккурат национальные авторы. Как рассказал "Эксперту" известный украинский беллетрист Андрей Курков, недавно выпустивший детскую книжку "Приключения чепухоносиков", в Германии подавляющее большинство книг для детей выходит из-под пера немецких писателей.

Почему же Украина является исключением?

Литература как производство

При анализе информации, полученной от книготорговцев, первым делом бросается в глаза четкая структурированность спроса на художественную литературу. В реакция на вопросительный мотив продавца: "Какую книгу вам поддержать найти?" привычная раньше мысль "что-нибудь интересное" звучит все реже. Клиент обыкновенно толково знает, чего хочет.

Кроме того, основательно изменилась и мотивация покупки книг. Если раньше их нередко приобретали для того, чтобы продемонстрировать гостям наполненный смыслом статус владельца, то в настоящее время выбирают для того, чтобы читать. То есть если мужчина приобрел роман знаменитого аргентинца Кортасара, и книжка ему не понравилась, то вторую он уже купит вряд ли. Еще лет десять назад, чтобы удостоверить звание интеллектуала, нужно было продемонстрировать гостям "всего Кортасара" или, скажем, "всего Булгакова". Таким побытом что в настоящий момент домашние библиотеки становятся разнообразнее.

Еще одна специфика современного книжного рынка - обилие новых писательских имен. Нынешняя мода излишне быстротечна. В том числе и в художественной литературе. Для того чтобы стимулировать спрос, происходит подмена привычной для читателя прошлых лет объективной информации о новой книге ее рекламой. Аннотация настолько же всего ничего отражает содержание, сколь самое малое похож рекламный трейлер фильма на саму картину. Значит, растёт возможность взять то, что тебе совершенно ненужно. При этом у человека все же сохраняется приверженность к определенным жанрам или темам. Оттого издатель, тот, что не хочет, чтобы читатель ушел от него к конкуренту, должен вечно располагать в том или ином жанре длинную скамейку авторов.

Наконец, оттого что книги сейчас не ставят на полку, а читают, растет спрос на произведения, где серьезные, актуальные современные проблемы подаются в облегченном варианте. Как сказала нам одна из постоянных посетительниц книжных магазинов, "Коэльо простым и доступным языком говорит о вещах, в которые хочется верить". Иной пример - француз Мишель Уэльбек, наоборот, рассказывающий о вещах, в которые доверять не хочется. Но заново же простым, а главное, доступным языком.

Таким образом, нынешняя художественная интеллектуальная проза, а точнее ход ее изготовления приобрел черты современного производства массовых потребительских товаров. Она пафосна и в то же пора технологична. Объединяет для облегчения выбора потребителя персональные специфика производителя в несложно узнаваемые мейнстримные направления и вместе с тем стремится к максимальному разнообразию и расширению ассортиментной линейки внутри каждого такого направления.

Украинский литературный брендзащищенный законодательно продукт, компания (её название) или концепция 1 Юрий Андрухович

Фото: Александр Зубко

Ответ на вопрос, искусство это или уже нет, остается открытым. На читательских форумах в Интернете об одном и том же нтеллектуальном бестселлере позволительно повстречать прямо противоположные мнения: от "очень захватывает, невпроворот философии, но для того, чтобы все понять, нужно уяснять текст несколько раз" до "рецепт прост: прочитайте пару научно-популярных брошюр, добавьте кот наплакал секса, порассуждайте о чем-нибудь вечном, но чуть-чуть , не то читатель уснет, - и бестселлер готов". Но - и это самое главное не только для издателя, но и для писателя - вначале книгу все-таки покупают, а уже позже хвалят или ругают.

Украинские писатели пока оказались за пределами этого общемирового процесса. И задача не в том, что у нас, как говорят издатели, не водится своих Дарьи Донцовой или Стивена Кинга. Российская практика 90−х годов свидетельствует, что создание национальной массовой литературы - дело не столько писательских умов, сколь издательских мощностей и технологий. Проблема в отечественных авторах, которые пишут или пытаются сочинять серьезную прозу, но при этом не замечают, что вслед за последние годы читатель изменился. И ждет от них не копания в собственной жизни, а интересного сюжета. Не словесных трюков, которыми зачастую несложно маскируют нежелание действовать над языком, а "простого и доступного" стиля.

Самый высокооплачиваемый европейский писатель-интеллектуал француз Мишель Уэльбек в своих эссе и стихах на голову выше своего романного alter ego, но ни капли не комплексует по этому поводу. Он понимает, что теперешний прозаик, в различие от эссеиста и поэта, должен учесть законы рынка. И рынок воздает ему ради это сторицей. Французские издатели соревновались следовать право уплатить Уэльбеку задаток из-за его крайний роман. В результате сочинитель получил миллион евро, при этом ни на гр не поступившись собственной свободой, ибо издатели даже не имели права прочитать рукопись. Этот миллион стал платой за доказанный предыдущими книгами писателя профессионализм.

Keywords: